И тем не менее в 1990-е гг. ФИФА внесла несколько уточнений в традиционные правила. В частности, от судей потребовали жестко карать игроков за атаки сзади (прежде всего так называемые подкаты); кроме того, было внесено специальное дополнение в Правило 12, из которого четко следовало, что любой физический контакт с противником до того, как тот овладеет мячом, считается нарушением. Еще более существенным нововведением стала новая трактовка правила «вне игры»: внимание помощников главного арбитра было обращено на то, что, если футболист формально находится в офсайде, но фактически в эпизоде не участвует, они не должны поднимать флажок. К этому добавилось указание не фиксировать положение «вне игры», когда нападающий находится на одной линии с последним защитником. Таким образом, очевидное преимущество было отдано атакующей стороне. Ну и наконец было официально разрешено делать в матчах по три замены.

Продолжились и различные мелкие эксперименты. Второй бельгийский дивизион, о котором долгие годы никто и не вспоминал, неожиданно вызвал к себе интерес тем, что мяч из-за боковой линии в нем стали вводить не руками, а ударом с земли. Похоже, там попробовали найти место и для телевизионных рекламных роликов, предусмотрев тайм-ауты в матчах женского Кубка мира и чемпионата мира для юношеских команд (в возрасте до 17 лет). Каждая команда могла брать по одному 90-секундному перерыву в каждом тайме. Подавляющему большинству болельщиков, судей и журналистов это не понравилось, да и в течение самих соревнований была использована всего лишь одна треть от возможного количества тайм-аутов. Так что на этом постановили и закончить. В 1990 г. шла долгая скрупулезная работа над новой редакцией и более четкой формулировкой футбольных правил. Первоначальный свод из семнадцати основных пунктов настолько оброс всяческими поправками, дополнениями и истолкованиями позиции ИФАБ, что на фоне простоты самой игры смотрелся весьма парадоксально. Новая редакция правил вышла в свет в 1999 г.

Ее появление само по себе стало чрезвычайно важным событием. Ведь одна из повседневных задач секретариата ФИФА и Судейского комитета состояла в том, чтобы отвечать на запросы национальных ассоциаций, и эти разъяснения должны были быть предельно четкими и обоснованными. Конечно, игра, не признававшая никаких географических преград, неизбежно должна была порождать разнобой и неуверенность в трактовке правил; ведь невозможно оговорить все вероятные коллизии в кодексе, содержащем всего семнадцать законов. Не следует забывать и о том, что эти законы были изначально писаны по-английски, и неточности могли возникать просто при переводе на другие языки, да и сама работа по переводу могла занимать весьма длительное время. Например, по-малайски правила впервые были опубликованы только в 1970 г.

Иногда поступали очень неожиданные запросы, касавшиеся необычных судейских решений. Вот, например, два таких сложных случая. В июле 1935 г. в решающем матче за звание чемпиона Турции встретились «Фенербахче» и «Бешикташ». Первые две игры завершились вничью. За десять минут до конца третьей при счете 1:1 первый боковой судья внезапно ушел с поля: видимо, он вспомнил о каком-то неотложном деле. Замену найти не удалось, и главный арбитр решил доиграть встречу с одним помощником. В оставшееся время «Фенербахче» забил решающий гол. «Бешикташ» подал протест, и президент турецкой федерации обратился за советом к Иво Шрикеру. Тот ответил, что вот уже сорок два года в футболе, но ни с чем подобным сталкиваться ему еще не доводилось. Второй случай касался судьбы одного футбольного голкипера из Западной Индии: он в течение четырех лет выходил на поле с искусственной ногой, но вот в одном матче 1954 г. судья удалил его с поля, посчитав, что протез представляет опасность для других игроков. Несчастный вратарь пожаловался на несправедливость в ФИФА, прося восстановить его в футбольных правах.

В 1947 г. только что образованная любительская футбольная ассоциация Бирмы в одном из проведенных под ее эгидой матчей столкнулась с проблемой, по поводу которой они сочли необходимым обратиться к ФИФА. Вратарь команды «Пост энд Телекоме» выбил мяч от ворот в сторону своего защитника, стоявшего за пределами штрафной площадки. Тот решил вернуть мяч голкиперу, но не рассчитал и послал его в сетку собственных ворот. Однако судья, вместо того чтобы засчитать гол, почему-то назначил угловой удар. Матч закончился со счетом 3:3. Следует ли утвердить результат, хотя даже судья согласился с тем, что допустил ошибку? Или будет правильнее вернуть команде «Сивил Сэплайерс» отобранный арбитром гол и присудить им победу со счетом 4:3? А может, надо назначить переигровку? ФИФА и та запуталась: первый официальный ответ рекомендовал переиграть матч, поскольку арбитр признал, что неверно трактовал ситуацию и в результате ошибочно зафиксировал взятие ворот. Но в действительности-то он поступил как раз наоборот! А второго письма в архивах ФИФА обнаружить не удалось.

Но в ФИФА за хитроумными разъяснениями буквы или духа футбольных законов обращались отнюдь не только молодые и относительно неопытные федерации. Готовя новое издание «Правил игры для судей», Футбольный союз Нидерландов столкнулся вот с какой проблемой: «внимательно изучив английский текст 1978 г.», голландцы обнаружили в нем ряд противоречий. Например, Правило 10, касающееся забитых голов, гласит, что команда, забившая в ходе матча больше мячей, считается победителем. А как насчет голов, забитых в свои ворота? Дабы избежать двусмысленности, следовало бы написать: «Победителем считается команда, забившая больше голов в ворота противника». Что на это ответила ФИФА, выяснить не удалось. Или в одном матче голландского чемпионата между «Аяксом» и «Хелмонд Спортом» случился весьма нетрадиционный одиннадцатиметровый удар. Вместо того чтобы, как обычно, пробить по воротам, игрок (это был не кто-нибудь, а Йохан Круифф) катнул мяч вперед, к партнеру, ворвавшемуся на штрафную площадку слева от него, тот провел мяч еще немного вперед и вернул его Круиффу, который и забил гол. Все ли здесь по правилам? Ответ властей: да, если мяч был направлен вперед, второй футболист вбежал в штрафную после касания мяча, а бьющий оставался сзади и соответственно не был вне игры. В том же году неугомонной федерации Нидерландов захотелось уточнить, каков должен быть вердикт главного арбитра, если защитник, находясь в своей штрафной площадке, выбьет мяч, летящий в ворота, щитком, который держит в руках. И здесь разъяснение было четким и недвусмысленным: надо назначать пенальти, поскольку щиток в данном случае - продолжение руки. В общем, не удивительно, что Королевский футбольный союз Нидерландов в периодическом издании «ФИФА-ньюс» («Новости ФИФА») больше всего ценил раздел, где публиковались статьи и разъяснения по поводу правил игры, и был чрезвычайно разочарован, когда журнал исключил тот раздел.

Скандинавские футбольные федерации тоже находились с ФИФА в регулярной переписке и, в частности, сыграли немалую роль в том, что в 1990 г. были преданы остракизму так называемые «фолы последней надежды». В 1985 г. генеральный секретарь норвежской футбольной ассоциации попросил ФИФА прокомментировать тот параграф правила 12, который предписывал «удалять с поля игрока, если он недисциплинированно ведет себя или совершает грубейшее нарушение правил».

«Грубейшее нарушение правил - что это, собственно, такое?» - вопрошал руководитель скандинавского футбола. «По нашему мнению, одним из самых грубых нарушений... является тот случай, когда игрок намеренно, с помощью задержки руками, подножки или толчка, останавливает вне пределов штрафной своего противника, который непосредственно выходит на ворота или имеет хорошую возможность забить гол». Норвежцы полагали, что объявление подобных «фолов последней надежды» (в официальных документах их также именуют «профессиональными фолами») вне закона приведет и к большей результативности, и к улучшению атмосферы, царящей на поле.

Представители руководящей элиты мирового футбола прежних лет были искренне убеждены в том, что успешное распространение футбола по всей планете возможно только при условии четкой и недвусмысленной формулировки его правил. Лишь в этом случае футбольные законы будут применяться последовательно и единообразно.

Если сравнивать с регби, то в футболе было гораздо меньше правил, а значит, и играть в него было проще, и разобраться в нем несложно, и все это делало этот вид спорта более привлекательным для зрителей. С другой стороны, немногочисленность фундаментальных норм нередко позволяет по-разному трактовать происходящее на поле и иметь неоднозначные мнения по поводу той или иной игровой ситуации. Людей, чья работа состоит в том, чтобы, твердо зная правила, применять их по собственному разумению, называют судьями. Их не любит никто, но ясно, что футбол без них немыслим. Судьи всегда на виду, но чем меньше они обращают на себя внимания, тем лучше. Им отведена ключевая роль во всех аспектах футбольного действа. О них мало написано, разве что несколько десятков судей (из тех, кто добился наивысшего признания в своих национальных федерациях и был удостоен звания международного арбитра ФИФА), превратившись в общепризнанных чиновных звезд, на склоне лет подарили нам автобиографии, преисполненные чувства глубокого удовлетворения от пройденного ими пути. Но судейство как таковое все еще, наверное, ждет своего объективного летописца, а уж история у этого института есть - и какая история!