Вскоре были сформированы даже две лиги. Объединенная лига соккера получила официальную лицензию американской федерации - УССФА, а Национальная профессиональная лига соккера являлась независимой организацией, неподконтрольной ФИФА. Обе они несли убытки, и в итоге в 1968 г. решили слиться в единую Североамериканскую лигу соккера (HACЛ). Вскоре стало ясно, что эта юная лига не намерена очень уж прислушиваться к консервативному мнению ИФАБ и ФИФА в трактовке футбольных правил. Во время проверки деятельности HACЛ генеральный секретарь ФИФА обнаружил, что в североамериканских командах разрешено менять по три игрока стартового состава, а это противоречило Правилу 3 Федерации, которое четко ограничивало количество замен двумя. Джимми Макгуайр, президент УССФА, горячо убеждал ФИФА, что в данном случае можно сделать исключение. Ведь чемпионат HACЛ проходит летом: отчасти для того, чтобы не конкурировать с американским футболом, отчасти потому, что только в этот период лига может рассчитывать на контракт с телевизионными компаниями, - а летом в Америке так жарко!

Как уже говорилось выше, у американцев возникали сложности и с применением других общепринятых футбольных правил. Североамериканская лига соккера хотела сыграть роль своего рода экспериментальной лаборатории по внесению различных новшеств. Надо сказать, что и Международный совет стал задумываться о корректировке правил: средняя результативность в футбольных соревнованиях всего мира неуклонно снижалась, а среди тренеров становилось все больше приверженцев различных оборонительных моделей. По инициативе ИФАБ в Эдинбурге в 1968 г. даже состоялся показательный матч, в ходе которого зона определения офсайда была ограничена линией, проведенной от одной боковой до другой через одиннадцатиметровую отметку. Впрочем, было решено, что это новшество не принесет нужного результата. Но теперь HACЛ желала продолжить эксперимент в рамках собственного чемпионата. Генеральный секретарь ФИФА был настроен резко отрицательно: «Считаю, что новый эксперимент в США... внесет сумятицу в футбольный мир и поставит под сомнение деятельность Федерации, направленную на единообразную трактовку правил игры». В ходе дискуссии постепенно стала вырисовываться линия фронта. По одну сторону баррикад - ФИФА и Международный совет, совместными усилиями превратившие футбол в вид спорта номер один во всем мире. Да, они чувствовали, что дела в футболе обстоят не идеально, но не до конца понимали, как улучшить ситуацию. По другую -молодая, рьяная организация, отчаянно борющаяся за место под спортивным солнцем в стране, где футбол не был таким уж желанным гостем. Главой HACЛ (согласно американской номенклатуре - комиссаром) в то время был Пол Вуснам, бывший профессиональный футболист, игравший за английские «Лейтон Ориент», «Вест Хэм» и «Астон Виллу» (в его послужном списке были также семнадцать игр за сборную Уэльса). Он и выступил с подробным обоснованием позиции американцев. Указав на потребность в структурной перестройке и переходе на более современный стиль в руководстве, а также на необходимость завоевания молодежной аудитории - детей и подростков в возрасте от 6 до 18 лет, он заявил, что развитие футбола в США тормозится прежде всего из-за малого количества забиваемых голов. В течение четырех лет он следил за тем, как в других видах спорта американцы с готовностью идут на коррекцию правил, повышая таким образом зрелищность соревнований, и в итоге пришел к твердому убеждению: футбол должен пойти тем же путем. Он уверен, что в порядке эксперимента HACЛ следует поручить опробовать в течение всего сезона изменения в правилах, которые с точки зрения ИФАБ могут повысить среднюю результативность матчей. И сразу привел два варианта: во-первых, нужно сделать более гибкими правила определения «вне игры», а во-вторых, увеличить размеры ворот с традиционных 8 футов (2,44 м) в высоту и 8 ярдов (7,32 м) в ширину соответственно до 9 футов (2,74 м) и 9 ярдов (8,23 м).

Вуснам выступал также за то, чтобы начислять дополнительные очки за забитые голы. Генеральный секретарь ФИФА Гельмут Кезер откликнулся в том смысле, что кондовый спортивный практицизм американцев, конечно, заслуживает внимания, но лично он решительно против всякого изменения устоявшихся правил, да и делать деньги на футболе ему претит. Старая добрая ФИФА нашла повод поставить на место зарвавшихся представителей Нового Света!

И тем не менее комиссар при посредстве УССФА и ФИФА добился от Международного совета разрешения во второй половине сезона 1972 г. в порядке эксперимента ограничить зону определения офсайда тридцатью пятью ярдами (32 м) от линии ворот. Но, как и в большинстве подобных случаев, мало кто счел, что такое новшество может каким-то образом сказаться на характере игры. Однако HACJI по-прежнему полагала, что футболу для успеха в жесткой конкуренции, царящей на американском спортивном рынке, недостает зрелищности. Лига стремилась довести среднюю результативность до шести мячей за игру. Для сравнения: в Англии тогда она составляла 2,5 гола за матч, в Испании - 2,1, а в Италии -1,87. Кезер сообщил исполнительному секретарю американской ассоциации Курту Ламму, что шансы провести хотя бы одно из двух предложений крайне не высоки. В 1975 г., отчаянно стремясь привлечь к себе внимание кабельных телевизионных каналов, НАСЛ пожелала ввести тридцатисекундные рекламные паузы перед ударами от ворот или предусмотреть какие-либо иные остановки игры для трансляции рекламных блоков. Кезер отозвался немедленно, заклеймив эту идею как «в корне противоречащую правилам игры и... решениям соответствующих органов ФИФА».

Но на том дело не закончилось. Прошло еще два года, и исполнительный секретарь Федерации соккера США (так стала называться прежняя УССФА) вновь в письменной форме обратился в ФИФА за разрешением на новые опыты по части определения положения «вне игры», размеров ворот, а также на проведение дополнительных серий одиннадцатиметровых ударов в случае ничейного исхода встречи. Он убеждал ФИФА, что нужно учесть тяжелейшие условия, в которые поставлена их федерация и НАСЛ из-за жесткой конкурентной борьбы, а руководителей мирового футбола призывал проявить умение принимать прозорливые решения в постоянно меняющемся мире. Однако Судейский комитет единодушно отклонил предложение увеличить футбольные ворота. Подобные новшества «всего лишь внесут неразбериху, сделают игру куда более запутанной, а что хуже всего, полностью нарушат единообразие в трактовке и применении футбольных правил». Признавая, что НАСЛ в самом деле испытывает значительные трудности, ФИФА видела пути их преодоления не в экспериментировании с правилами игры, а в улучшении подготовки спортсменов и повышении их мастерства. Разумеется, ФИФА тоже опробовала кое-какие нововведения. В различных юношеских соревнованиях то появлялся укороченный угловой удар, то мяч из аута вводился не руками, а ногой, то в качестве наказания применялись удаления игроков с поля на определенное время. Таким образом, эксперименты допускались, но в строго определенных рамках. А американцы все не сдавались. В 1978 г. ИФАБ предпринял попытку как-то видоизменить правило определения «вне игры», и НАСЛ с готовностью обозначила на своих полях новую зону фиксации офсайда, ограниченную линиями, которые отстояли на 35 ярдов от каждых ворот. Однако ИФАБ и ФИФА хватило одного года, чтобы отказаться от этого новшества, а НАСЛ решила эту практику сохранить.

В декабре 1980 г. Исполком официально уведомил американцев, что, если к 15 января 1981 г. они не приведут свои правила в соответствие с международными нормами, членство их федерации (УССФА) в ФИФА будет приостановлено. За этим последовал столь оживленный обмен посланиями между Швейцарией и Соединенными Штатами, что за его перипетиями можно было следить едва ли не с большим интересом, чем за ходом иных футбольных матчей. Президент HACЛ Генри Киссинджер обратился с личным посланием к президенту ФИФА Жоао Авеланжу, в котором просил подтвердить разрешение сохранить 35-ярдовую зону определения офсайда. Ответ ФИФА: а мы вам этого никогда вообще не позволяли! Но в конце концов сторонам удалось достичь компромисса. Исполком ФИФА согласился в порядке исключения разрешить HACЛ вплоть до конца 1981г. пользоваться 35-ярдовой зоной и проводить три замены вместо предусмотренных двух. Но по истечении данного срока американская лига обязана устранить все расхождения с правилами, установленными ИФАБ и опубликованными в официальных документах ФИФА. Американцы, со своей стороны, предложили не отменять новшества просто так, а создать специальную комиссию для изучения результатов изменений в правилах определения офсайда и количестве замен. Они даже были готовы оплатить работу этой комиссии, но ФИФА ответила твердым отказом. А сверх того, новый генеральный секретарь Международной федерации Блаттер довел до сведения HACJI, что американцы должны немедленно прекратить подавать сигнал об окончании матча выстрелом из стартового пистолета!

Двадцать лет спустя президент бразильской футбольной федерации Сан-Паулу снова попробовал популяризировать игру, внеся кардинальные изменения в ее правила. В 1990-е гг. он ввел трехминутные тайм-ауты, которые команды могли брать по одному разу в течение тайма; игры стали обслуживать двое главных арбитров, причем им были розданы пульверизаторы с белым спреем, дабы они отмечали место, откуда следует производить штрафной удар и где должна стоять «стенка». Нулевой итог не приносил командам очков, а если основное время заканчивалось нулевой ничьей, то далее следовала серия пенальти, победитель которой получал три очка, а проигравший - одно. Многие отчаянно критиковали эти нововведения, в частности, звезда чемпионата мира 1970 г. Тостао утверждал, что в футболе, как и в жизни, не все сводится к победам и поражениям, а потому ничья олицетворяет собой принципы здоровой демократии. Надо уметь делиться, заметил он. В итоге ФИФА запретила президенту Эдуардо Хосе Фара внедрять разработанные им правила в практику общенациональной и региональных лиг бразильского футбола.